Принц Каспиан (с иллюстрациями) | Страница 2 | Онлайн-библиотека
Выбрать главу

– Я всегда думала, что имеются в виду корни деревьев, – удивилась Люси.

– Продолжай, Эд, – сказал Питер, – ты прав. Нужно попытаться сделать хоть что-нибудь. А идти в лес лучше, чем снова вылезать на это ужасное солнце.

Они поднялись и двинулись вдоль ручья. Это было тяжело. Они подлезали под ветвями и перелезали через них, продирались сквозь путаницу рододендронов, порвали одежду, промочили ноги. Не слышно было никаких звуков, кроме журчания ручья и того шума, который производили они сами. Они уже порядком устали, когда почувствовали нежный аромат и заметили что-то яркое высоко над ними на правом берегу.

– Смотрите, – воскликнула Люси, – похоже, это яблоня. И она не ошиблась. Дети вскарабкались на крутой берег, пробрались через кусты ежевики и оказались под старым деревом, усеянным большими золотисто-желтыми яблоками. И яблоки эти были такие крепкие и сочные, что лучших нельзя было и пожелать.

– Тут не одно дерево, – сказал Эдмунд с набитым ртом, – посмотрите, вот еще и еще.

– Здесь их десятки, – отозвалась Сьюзен, бросая серцевинку одного яблока и срывая второе. – Тут, наверно, был сад – давным-давно, до того как это место стало безлюдным и вырос лес.

– Значит, когда-то этот остров был обитаем, – сказал Питер.

– А это что? – закричала Люси, указывая вперед.

– Клянусь, это стена, – ответил Питер, – старая каменная стена.

Пробираясь между сгибающихся от яблок ветвей, они добрались до стены. Она была старой, полуразрушенной, покрытой мхом и вьюнками, но выше многих деревьев. А когда они подошли совсем близко, то заметили большую арку, в которой когда-то были ворота, теперь же ее заполняла самая высокая яблоня. Им пришлось обломать несколько веток, чтобы пройти. И тут они зажмурились от яркого света, ударившего в глаза. Они оказались на широкой площадке, со всех сторон окруженной стенами. Здесь не росли деревья, только трава и маргаритки, да плющ обвивал серые стены. Это было светлое, тихое, таинственное и немного грустное место. Все четверо вышли ка середину, радуясь, что могут выпрямить спину и размять ноги.

Глава 2. ДРЕВНЯЯ СОКРОВИЩНИЦА

– Это не сад, – сказала Сьюзен внезапно, – а замок с внутренним двором.

– Пожалуй, ты права, – согласился Питер. – Вот остатки башни. Здесь должна быть лестница наверх. А эти широкие и низкие ступени вели к дверям в главный зал.

– Давным-давно, если судить по тому, как это выглядит, – сказал Эдмунд.

– Да, очень давно, – отозвался Питер. – Хотелось бы узнать, кто и когда жил в этом замке.

– Он вызывает у меня странное чувство, – сказала Люси.

– Да, Лу? – Питер обернулся и пристально поглядел на нее. И со мной творится что-то похожее. Это самое удивительное из всего, что случилось в этот странный день. Интересно, где мы и что все это значит?

Разговаривая, они пересекли двор и прошли через дверной проем туда, где раньше был зал. Теперь зал тоже походил на двор, крыша разрушилась, а пол зарос травой и маргаритками, но зал был короче и уже, чем двор, а стены его – выше. В дальнем конце зала было подобие террасы, приподнятой на три фута от пола.

– Да, здесь был зал, – сказала Сьюзен. – А что это за терраса?

– Глупышка, – взволнованно отозвался Питер, – разве ты не понимаешь? Тут был помост, на нем стоял главный стол, где сидел король и знатные лорды. Можно подумать, ты забыла, как мы были королями и королевами и сидели на таком же помосте в нашем большом зале.

– В нашем замке в Кэр-Паравеле, – продолжила Сьюзен мечтательно и немного нараспев, – в устье Великой реки, в Нарнии. Как я могла забыть?

– Вот бы это вернуть! – воскликнула Люси. – Мы можем вообразить, что находимся в Кэр-Паравеле. Этот зал очень похож на тот, где мы пировали.

– К несчастью, без пира, – заметил Эдмунд. – Становится поздно. Посмотрите, какие длинные тени. И похолодало.

– Чтобы провести здесь ночь, – сказал Питер, – нужен костер. Спички у меня есть. Пойдемте, попробуем набрать сухого хвороста.

Все согласились с ним и ближайшие полчаса были очень заняты. В саду не было подходящего хвороста. Они попытали счастья с другой стороны замка, выйдя из зала через маленькую боковую дверь и попав в лабиринт каменных подъемов и спусков, которые были когда-то коридорами и маленькими комнатами, а теперь заросли крапивой и шиповником. Затем они нашли широкий пролом в крепостной стене и шагнули в лес, где было куда темнее и росли большие деревья. Там нашлось достаточно сухих веток, сучьев, высохших листьев и еловых шишек. Они ходили несколько раз с охапками хвороста, пока не собрали на помосте огромную кучу. Проходя в пятый раз, они нашли прямо рядом с залом колодец. Он прятался в сорняках, но, когда дети немного расчистили его, оказался чистым, свежим и глубоким. Вокруг него сохранился остаток каменного парапета. Потом девочки пошли набрать еще яблок, а мальчики разожгли в углу помоста костер. Они решили, что тут самое теплое и уютное место. Они долго возились и перепортили кучу спичек, но в конце концов огонь разгорелся. Потом все четверо уселись спиной к стене и лицом к огню и стали печь яблоки, нанизав их на веточки. Но печеные яблоки без сахара не слишком вкусны: пока они горячие, есть их трудно, а остывшие уже и вовсе есть не стоит. Поэтому они довольствовались сырыми яблоками и Эдмунд заметил, что теперь они уже не так плохо будут относиться к школьным обедам. «Не говоря уже о толстом ломте хлеба с маслом», – добавил он. Но в них проснулся дух приключений, и никто не хотел обратно в школу.

Вскоре после того как яблоки были съедены, Сьюзен пошла к колодцу, чтобы зачерпнуть воды, и вернулась назад, неся что-то в руке.

– Смотрите, – сказала она сдавленным голосом, – что я нашла у колодца, – отдала Питеру то, что держала в руке, и села. Казалось, она вот-вот заплачет. Эдмунд и Люси взволнованно наклонились, чтобы разглядеть лежащую у Питера на ладони маленькую яркую вещицу, заблестевшую в свете костра.

– Разрази меня гром, – сказал Питер, и его голос тоже зазвучал как-то странно. Он протянул вещицу остальным.

И все увидели шахматного коня – обычного по размеру, но необычно тяжелого, потому что сделан он был из чистого золота. Глазами коня были два крошечных рубина, вернее один, потому что другой выпал.

– Как он похож, – закричала Люси, – на одну из тех золотых шахматных фигурок, которыми мы играли, когда были королями и королевами в Кэр-Паравеле.

– Не расстраивайся, Сью, – обратился Питер к другой сестре.

– Я ничего не могу с собой поделать, – отозвалась Сьюзен. – Все вернулось назад… О, какие это были прекрасные времена. Я вспомнила, как мы играли в шахматы с фавнами и добрыми великанами, а в море пели русалки, и мой прекрасный конь…

– Ну, – сказал Питер совсем другим тоном, – настало время всем четверым хорошенько подумать.

– О чем? – спросил Эдмунд.

– Разве никто из вас не догадался, где мы? – задал вопрос Питер.

– Продолжай, продолжай, – сказала Люси. – Мне уже несколько часов кажется, что это место хранит какую-то чудесную тайну.

– Давай говори, Питер, – отозвался Эдмунд, – мы слушаем.

– Мы в развалинах Кэр-Паравела, – сказал Питер.

– Но послушай, – воскликнул Эдмунд, – почему ты так решил? Этот замок в развалинах уже многое годы. Посмотри на огромные деревья прямо посреди ворот. Посмотри на камни. Ясно, что никто не жил здесь сотни лет.

– Я понимаю, – сказал Питер, – тут-то и вся сложность. Давайте не будем об этом сейчас. Я хочу разобраться по-порядку. Первое. Этот зал точно такого же размера и формы, что и зал в Кэр-Паравеле. Вообразите, что над нами крыша, вместо травы мозаичный пол и гобелены на стенах, и вы получите наш королевский пиршественный зал.

Никто не возразил.

– Второе, – продолжал Питер. – Дворцовый колодец там же, где был – немного южнее большого зала и точно такой же формы и размера.

Снова никто не ответил.

– Третье. Сьюзен нашла одну из наших шахматных фигурок – или они похожи, как две капли воды.

И опять никто не ответил.

– Четвертое. Разве вы не помните – мы занимались этим каждый день, пока не приехали послы из Тархистана – разве вы не помните, как сажали сад у северных ворот Кэр-Паравела? Величайшая из лесных нимф, сама Помона, пришла, чтобы наложить на него добрые чары. А эти славные маленькие кроты, которые вскапывали землю? Вы забыли старого смешного предводителя кротов, который говорил, опираясь на лопату: «Поверьте мне, ваше величество, когда-нибудь вы очень обрадуетесь этим плодам». И ведь он был прав!

2