Веялка | Страница 1 | Онлайн-библиотека
Выбрать главу

Василевич Алена

Веялка

Алена Василевич

Веялка

Перевод с белорусского Б.Бурьяна И В.Машкова

Много лет простояла на колхозном дворе старая веялка. Кто знает, сколько ещё пришлось бы ржаветь ей, приткнувшись проломленным боком к стене амбара, если б не затеяла тут игры в прятки детвора. Разве найдёшь где-нибудь летом такое удобное местечко! И в лопухи спрячешься, и на яблоню или вишню заберёшься - никто тебя среди ветвей не заметит. А в траве притаишься - как в зеленые волны нырнёшь...

Бабушка Марыля в тот день копала к ужину молодую картошку. Над полем и селом не умолкал, как и всегда в эту пору, приглушённый гул молотилки, с колхозного тока ветер то и дело доносил обрывки девичьей песни. Солнце клонилось к закату. Пора и огонь разводить в печи, готовить ужин семье, которая вскоре соберётся и усядется за стол после трудового дня.

Старушка торопилась и не обращала внимания на ребят, увлечённых своими играми. Она знала, что никто из них не осмелится залезть к ней в огурцы, и за мак была спокойна: пусть попробует кто сорвать хоть одну головку бабушка Марыля уши тому открутит!

Самая маленькая девочка, Марылина внучка Ирка, которой пошёл всего-то пятый годок, на цыпочках, словно кто-нибудь из "водивших" мог услышать её шаги, подбежала к бабушке и, едва переведя дух от волнения, зашептала:

- Бабуленька, миленькая, спрячь меня...

А у бабушки Марыли нет и минутки свободной. Но вспомнилось, видно, старушке собственное детство (такое далёкое, что и не верилось даже, было ли оно на самом деле, это детство), и тёплая улыбка разгладила морщинки на её лице.

Отложив в сторону лопату, бабушка Марыля забросала Ирку свежей картофельной ботвой и, как ни в чем не бывало, принялась снова за работу.

Мимо прошмыгнули, словно мыши, вполголоса предупредив старушку: "Не выдавайте нас, бабушка!" - и нырнули в вишенник внук Василёк и соседский мальчуган Витька.

Притаились в борозде неподалёку от старушки ещё двое. Стукнуло что-то в веялке.

И вскоре со всех сторон послышалось тоненькое ребячье: "Уже!"

Бабушка Марыля и сама на некоторое время увлеклась детской игрой. Выпрямилась и, всё ещё улыбаясь своим думам, с интересом следила за маленьким Вовой. Тот, будто зайчишка, выскочил из-за амбара, за углом которого, добросовестно зажмурив глаза, терпеливо ждал сигнала, постоял-постоял, подумал и шмыгнул к веялке. Потом передумал и побежал назад.

Откуда-то вдогонку ему раздался тоненький писк: "Уже!" Это Ирка из-под зелёной кучи ботвы подала голос. Мальчик не понял, откуда прозвучал голос, повертел туда-сюда головой и резко свернул за угол амбара.

Бабушка, сама становясь невольной участницей игры, тихо предупредила Ирку:

- Молчи, внучка, а то тебя первую он и разыщет...

Вова обежал вокруг амбара, никого не обнаружив, засеменил к старушке и, как заговорщик, прошептал ей:

- Бабка Марыля, а где они?

Ей стало жалко растерянного Вову, и она кивнула головой в сторону вишен. Мальчик, путаясь и падая в высокой ботве, пробрался поближе к деревьям и вдруг счастливо закричал:

- Ага, вот они! Василь! Витя-а!..

Василь и Витька неохотно спрыгнули с деревьев и, отряхиваясь от паутины, спросили:

- А откуда ты узнал, где мы?

- А вот и узнал, вот и узнал! - хитро засмеялся Вова и пустился на поиски остальных.

Маленькая Ирка слышала голоса найденных Вовой и сама не вытерпела в своем укрытии. Встала во весь рост и весело объявила:

- А вот и я!

Не было только одного Игоря. Ребята заглядывали во все уголки, расспрашивали бабушку Марылю, перетоптали картофель, - а Игоря всё нет и нет нигде. Наконец кому-то пришло в голову:

- Может, он в веялку забрался?

И все гурьбой кинулись туда.

- Да, вот он!

- Чего ты притаился, скорей вылезай!

Игорь и сам рад бы поскорее выбраться из веялки, да сделать это оказалось не так уж и просто.

Всё туловище у Игоря онемело, ноги он отсидел и, ворочаясь взад-вперед, не мог выбраться, только кряхтел:

- Никак не вылезти...

Бабушка занялась снова своим делом и не стала ждать, чем же всё это кончится у детей. А они столпились вокруг веялки, тащили Игоря кто за руки, кто за ноги, - и ничего у них не получалось.

Кликнули бабку. Она сперва не поверила: думала, шутят над ней, над старухой, малыши. Потом слышит, Игорь даже кричать начал в отчаянии. Бросилась она к веялке, попробовала сама вытащить мальчика, а тот вдруг и вовсе плакать начал.

- Батюшки, да ведь задохнётся дитя! - воскликнула бабка Марыля, бледнея со страху.

На плач и крик прибежала со своего огорода соседка.

- Что у вас тут делается?

- Беги, Авдотья, быстрее по топор и пилу. Будем веялку распиливать, что ли! Игорь того и гляди задохнётся.

Через несколько минут соседка принесла топор и пилу.

Игорь притих в своей западне, даже дыхание затаил. Ему казалось, что топор вот-вот вопьётся в него. Да только напрасно он опасался: ловкие руки соседки вмиг разнесли веялку в щепки.

- Ах мой же ты внучек... - смеялась и плакала бабушка Марыля, вытаскивая дрожащего Игоря из западни.

Крики мало-помалу утихли. Дети расселись неподалёку от бабушки и начали обсуждать удивительное приключение. А бабка Марыля припугнула их:

- Вот достанется вам ужо за прятки эти самые от председателя колхоза. Шуточки - машину вдребезги разбить пришлось. С ваших родителей теперь по двадцать трудодней, не меньше, снимут. Да и в школе не похвалят, когда узнают, что натворили! Возьмёт учитель и отправит по домам. Не нужны, скажет, мне вредители в школе, которые колхозное имущество портят! Этак они и парты на дрова порубят из-за своих пряток...

- А разве мы веялку рубили? Это ведь тётка Авдотья, - заступился за всю компанию Василёк.

- Ну, конечно, теперь тётка Авдотья во всём виновата! - направляясь к дому, отозвалась бабушка Марыля. - А кто ж это орал не своим голосом в веялке? Пусть бы сам и выбирался, как залез туда! Тогда никто виноватым и не был бы.

Игорь стыдливо уставился в землю. Лицо и уши у мальчишки от пережитого волнения и от упрёков горели. И надо ж было ему залезть в эту проклятую веялку! Теперь и на самом деле жди неприятностей и от председателя колхоза, и от учителя. И отец, конечно, не похвалит... Да ладно, пусть бы отец одного его только и наказал, а остальных никто не трогал бы: зачем другим страдать понапрасну из-за него, из-за Игоря. А то и правда, соберёт председатель правление колхоза, ещё и тётку Авдотью впутают в это дело...

Вот какие беспокойные мысли терзали Игоря.

- Подумаешь, велико дело - веялка! Да ещё старая, поломанная. Зачем она колхозу нужна? Вместо неё давно уже новую купили, и самоходный комбайн, попытался успокоить всех, и в первую очередь, конечно, Игоря, непоседливый Василёк. - Она только мешала тут всем!

- Не выдумывай, брат, никому она тут не мешала, - мрачно сказал двенадцатилетний Витька, самый старший из всех детей. - И вообще колхозные машины никому ломать не позволено! Вот и всё...

Маленький Вова молчал и только перебегал перепуганными глазками с одного лица на другое, стараясь понять, большой они вред принесли колхозу или не очень. Самая младшая, Ирка, которую пока что мало волновали подобные вещи, сидела уже на грядке и аппетитно хрустела зелёным огурцом.

- Знаете что, ребята, - решительно сказал Игорь. - Вы здесь посидите, а я сам пойду и всё расскажу председателю. Пускай, если хочет, снимает с моего отца трудодни. Я ведь сам целый месяц пас колхозных телят, значит, у нас есть и мои трудодни. Я не хочу, чтоб вы все за меня отвечали. Помните, я ведь первый сегодня и в прятки предложил играть.

И бегом пустился в колхозную канцелярию.

Председатель о чем-то разговаривал с бригадиром и счетоводом. Игорь видел их озабоченные лица, но отложить на потом свой разговор с председателем он не мог.

- Дядя председатель, - громко окликнул он, стоя на пороге. И в тот же миг почувствовал, как недавняя смелость вдруг исчезла и неизвестно откуда взявшийся страх охватил его, побежал по всему телу, как озноб. - Дядя председатель, я сломал веялку! - неожиданно для себя одним духом выпалил Игорь.

- Сломал веялку? Какую веялку? Где? - удивился председатель.

"Может быть, и не нужно было говорить про неё, никто бы про эту развалюху и не вспомнил?" - вдруг засомневался в своей решимости рассказать всю правду Игорь, но тотчас же сам и осудил себя. И теперь, когда было сказано самое страшное, когда у него словно гора с плеч свалилась, Игорь чистосердечно рассказал про то, что произошло на колхозном дворе.

1