Триумф пана Кляксы | Страница 6 | Онлайн-библиотека
Выбрать главу

Кукарекцы решили искать убежища в Кудахтии. Но пробираясь сквозь топи и болота, они подверглись нападению пиявок. Уцелело только семеро кукарекцев. Долгие месяцы они блуждали в неведомых землях и в конце концов добрались до страны, где жили совершенно другие куры. Здесь они осели и таким образом стали основателями Адакотурады. Так гласит предание.

- Любопытно! - заметил Вероник. - Гуси спасли Рим, а куры способствовали падению Кукарекии. Теперь понятно, почему я всегда какой-то там вареной курятине предпочитал жареного гуся.

- Запоминайте, девочки! - обратился пан Левкойник к дочерям. Мужья любят жареную гусятину. Это очень важный момент в супружеской жизни.

Пан Клякса облизнулся и воскликнул:

- Перестаньте! Я голоден, а вы своими разговорами лишь разжигаете аппетит! Зызик, ты не мог сообразить, что нам пора перекусить?

Зызик, одной рукой державший под локоть Резеду, а другой Георгину, третьей рукой хлопнул себя по лбу и стыдливо сказал:

- Орважаемые чоржестранцы, пруршор прурщения! Сейчас бордет пурлдник! - и повел нас к большому круглому дому, откуда вышел элегантный седовласый адакотурадец.

- Сей нежданный визит - великая честь для меня, - сказал он, топчась вокруг нас на своих трех ногах. - Чужестранцы - большая редкость в нашей стране. Адакотурады нет на картах мира, и это спасло нас от нашествия колонизаторов. Однако не думаю, чтобы кто-либо обиделся на мои слова, ведь - насколько мне известно - передо мной не политик, а знаменитый ученый? Не так ли?

Пан Клякса встал на одну ногу, расчесал бороду пятерней правой руки и торжественно провозгласил:

- Я - Амброжи Клякса, доктор всеведения, магистр вымышленных проблем, основатель и профессор Академии моего имени, а также ассистент славного доктора Пай Хи-Во. Теперь все. Хотелось бы знать, с кем имею честь?

- О, я - всего лишь министрон Куроводства в правительстве Его Королевского Величества, - скромно ответил седовласый адакотурадец. - Меня зовут Парамонтроном. Окончание "трон" указывает на то, что я являюсь членом правительства, то есть - опорой трона. Следует считать его должностным атрибутом.

- Меня зовут Анемоном Левкойником, - с достоинством представился розовод. - А это мои дочери.

Парамонтрон подпрыгнул на одной из трех своих ног и учтиво поклонился девушкам.

- А я - Вероник Чистюля... - начал было старый привратник, но пан Клякса его перебил:

- Хватит, хватит, пан Вареник, нет у нас времени на все эти церемонии.

- Рад вас приветствовать, господа, - продолжал министрон. - Вы находитесь в Институте Яичницы. Коллектив моих ученых поваров разработал сто шестнадцать способов приготовления этого блюда. Разрешите пригласить вас на полдник в дегустационную.

- Наконец-то нам дадут поесть! - воскликнул пан Левкойник. - Я просто умираю с голоду!

Парамонтрон понимающе улыбнулся и ввел нас в зал, посреди которого стояла огромная сковорода.

- Это сковорода-гигант, - сказал министров, - С гордостью сообщаю, что перед вами - самая большая сковорода в мире. На ней можно зажарить яичницу из двух тысяч яиц сразу.

На ее дне вы видите несколько десятков углублений. Они позволяют готовить яичницы по сотне рецептов одновременно.

- Ну надо же! - воскликнул пораженный Вероник. - Это величайшее достижение адакотурадской науки и техники!

- Коллеги, - обратился министрон Парамонтрон к своим помощникам в белых тужурках, - зажарьте, пожалуйста, для наших гостей яичницу по рецепту No 76.

Молодые адакотурадцы, большинство из которых были трехрукими, включили плиту в сеть и, с проворством жонглеров подбрасывая в воздух несколько десятков разноцветных яиц одновременно, начали разбивать их прямо на лету, по-обезьяньи ловко отбрасывая скорлупки в сторону. А на сковороде уже шипело масло, вращались автоматические мешалки, а из помещавшихся под потолком щепоткомеров сыпалась соль. Через пять минут мы сели за столики, чтобы отведать яичницы нескольких видов - с помидорами, со сладким перцем, с зеленым луком и с колбасой, запивая их душистым соком гунго.

Пану Левкойнику, как всегда, мешал живот. Но добрая Гортензия держала тарелку у самого его подбородка, и на этот раз изголодавшийся розовод смог наесться досыта.

Поблагодарив министрона за роскошный полдник, мы поспешили в город, поскольку уже начинало смеркаться. В это самое время спущенные с цепочек петухи запели Марш Оловянных Солдатиков. Попрощавшись с любезным хозяином, мы завели самокаты и покинули куриную ферму.

- Мы еще успеем посетить Заповедник Сломанных Часов, - сказал Зызик.

Но тут взял слово пан Левкойник:

- Простите... Ну что нам за дело до сломанных часов? Лично для меня и моих дочерей куда важнее королевский сад.

- А особенно королевские садовники, - буркнул Вероник.

- Понимаю, - смутился Зызик. - Однако я хотел бы предупредить отца о визите.

- Пан Анемон, - со своей обычной рассудительностью вмешался Вероник, - цветами любуются днем, а не вечером, а уж садовниками и подавно. Ночью все кошки серы!

- Прошу прощения, - сказал уже я. - Мы совсем забыли о своем багаже. Надо забрать его из порта. Пан Вероник, займитесь-ка этим.

- Багаж - моя специальность, - с готовностью ответил старый привратник, уже не раз вносивший и выносивший чемоданы моих родителей. - Только не знаю, куда его доставить. Простите, но у нас нет в Адакотураде никакого адреса...

- Я живу во дворце министрона Лимпотрона, - сказал пан Клякса. - Там хватит места всем. Мой старый друг Лимпо, бывший во время экспедиции на плотах рулевым, стал здесь министроном Погоды и Четырех Ветров. Он очень гостеприимный человек, только чуток легкомысленный. Ему кажется, что он умеет предсказывать погоду, хотя всем известно, что за него это делают местные петухи.

- Я вас провожу. Я знаю, где находится этот дворец, - предложил Зызик, и они вместе с Вероником помчались на самокатах в порт.

Разумеется, вы заметили, что в Адакотураде не видно ни вьючных животных, ни общественного транспорта. Все передвигаются пешком либо на одно- или двухколесных самокатах. Лишь у сановников высокого ранга имеются четырехколесные самокаты, немного смахивающие на железнодорожные дрезины. Впрочем, я уже говорил, что трехногие адакотурадцы и пешком одолевают пространства со скоростью антилоп. А Кватерностер I во время служебных поездок пользуется фрегатами на колесиках, приводимыми в движение либо ветром, либо буксируемыми придворными самокатчиками.

Однако возвратимся к нашим делам, ведь мы под предводительством пана Кляксы как раз вошли на территорию Заповедника Сломанных Часов. Он служит одновременно государственным музеем, историческим памятником и парком культуры.

Заповедник окружен стеной, сложенной из циферблатов со светящимися цифрами. Они испускали приятный зеленоватый свет, и, хотя уже стемнело, в Заповеднике было от них светло, как в полнолуние.

Вдоль дорожек, выложенных металлическими штифтиками, возносились пирамиды из различных деталей часовых механизмов.

По четырем углам Заповедника, возвышаясь над остальными, виднелись пирамиды аккуратно уложенных никелированных, вороненых, серебряных и золотых корпусов.

Одна пирамида состояла только из маятников, другая - из пружинок, а следующая - из шестеренок. Рядом поблескивали озаренные зеленоватым светом стопки часовых стеклышек. Между ними виднелись призмы из часовых стрелок, причем секундные стрелки были собраны так, что напоминали собой какие-то колючие растения типа чертополоха.

Центральная пирамида сложена из рубинов, применяющихся в часах вместо подшипников. На вершине пирамиды установлен портрет Кватерностера I, виртуозно собранный из заводных головок и инкрустированный шляпками стальных винтиков. Портрет неустанно вращается вокруг оси, что позволяет любоваться добрым ликом монарха с любой стороны.

По Заповеднику сновало несколько десятков смотрителей, метлами из петушиных перьев на длинных рукоятках они обметали пыль с блестящих пирамид, но особенно старательно - с королевского портрета. Возле кучи рубинов дежурил специальный чиновник с бронированным сейфом, куда убирали на ночь драгоценные камни, а двое учетчиков пересчитывали их и делали запись в гроссбухе.

На дорожках заповедника толпились многочисленные школьные экскурсии - ведь всем на свете детям страшно интересно, что у часов внутри.

6